Функционирование правовой системы носило вполне феодальный характер — чья сила перевешивала, в пользу того и склонялось правосудие. Вскоре за королевскими судами пошла такая же недобрая слава, что и за судебным произволом феодалов. Так, в известной сказке Ш. Перро «Кот в сапогах» после смерти мельника его дети делят наследство между собой без обращения к нотариусу и прокурору, мотивом чего выступает рассуждение, что иначе бы им вообще ничего не досталось. Наряду с королевскими судами существовали суды присяжных, состоящие из Большого жюри (24 человека из местных жителей), решавшего, отдавать под суд обвиняемого или нет, и малого жюри (из 12 присяжных), решающего вопрос о виновности по существу. Однако в целом судопроизводство и вся правовая система сохраняла все черты феодального устройства общества с его сословно-иерархическим разделением прав и обязанностей.

Чем выше в социальной иерархии стоял человек, чем сильнее он был по своему социальному статусу, тем более правоспособным он являлся, обладал большими правами и имел меньше обязанностей. Самым бесправным оставалось третье сословие, несущее основные тяготы по содержанию государства и общества. Это особенно ярко отразилось в уголовном праве, все преступления делились на политические, религиозные, против жизни и здоровья человека и против имущества. При этом под первыми предполагались неверность и нелояльность королю, сеньору, церкви, цеху, гильдии; в чём состоит эта «неверность», предоставлялось толковать судьям, которые сами же придумывали и наказания.

Преступления против церкви карались очень жестоко, так как любые сомнения, несогласие, ересь, (не говоря уже о занятиях колдовством и ведовством, анатомированием трупов) рассматривались как преступления, провоцирующие гнев Божий на весь народ, поэтому требовали самого сурового наказания. Однако не считался преступлением промысел вооруженных отрядов феодалов на больших дорогах — он рассматривался как их законная военная добыча, захват силой заложников для последующего выкупа, право «первой ночи» для феодала и вообще насильственные действия в отношении бесправных крестьян. Тем более не была преступлением вооруженная расправа над стихийными выступлениями доведенных до отчаяния крестьян. Проводимое в отношении обвиняемого следствие под влиянием инквизиции ставило своей целью добиться от него признания любой ценой, для чего применялись самые изощренные пытки.

Признание считалось достаточным доказательством вины, но особо упорствующих можно было осудить также потому, что судье внешность и выражение лица обвиняемого казались «особенно подозрительными». Процветала зависимость судей, их продажность, в судах господствовало вымогательство, крючкотворство и волокита. Наказания, принятые в средневековом обществе, соответствовали общему правилу — они должны были устрашать всех. Поэтому, если следствие и судопроизводство вершилось в основном келейно, то для пущего эффекта наказание должно было быть как можно более жестоким и публичным. Осуществлялось наказание, как правило, на городской площади, при большом стечении народа, в торжественной обстановке и, в основном, в форме мучительной казни — сожжения, четвертования, кипячения в масле, разрывания на части, заливания раскаленного металла в глотку.

Повешение уже считалось поблажкой. При этом трупы казненных долго оставались неубранными для всеобщего обозрения. Лишь в позднее Средневековье (с XVI в.) начинают практиковаться другие виды наказания — пожизненные ссылки на галеры, на каторгу, в тюрьму на определенный срок. Зрелый феодализм характеризуется стабилизацией социальной структуры и её внутренней организацией, что позволяет проанализировать социальные типы личности, воспроизводимые феодализмом, общие и особенные характеристики присущей ему нравственной культуры. Сословное деление общества всегда имеет тяготение к наследственному закреплению в виде замкнутых каст со своими ценностями, нормами поведения и определённым статусом в обществе.