От имени Господа религия санкционировала сложившийся порядок с его распределением прав и обязанностей, стремясь удерживать произвол господствующего класса в установленных Богом границах и давая угнетенным духовные силы смиренно переносить выпадающие на их долю тяготы и лишения. Практически именно христианская мораль позволила духовными, моральными

средствами сглаживать, примирять социальные антагонизмы в условиях отсутствия возможностей для их ненасильственного разрешения, тем самым препятствуя воцарению хаоса и социального распада. Религия, давала людям представление о добре и зле, о справедливости, о необходимости внутреннего покаяния и очищения для своего совершенствования перед лицом Бога, способствуя этим формированию способности к моральной рефлексии, выбору, мотивации действий исходя из собственной совести, а не по привычке и обычаю. Христианская религия сформулировала и выразила для человечества нравственный идеал личности в образе Христа, ставшем на долгие века ценностным ориентиром для людей разных званий и сословий. Разумеется, будучи чистым морализаторством, проповедуя самоотверженную и бескорыстную, пронизанную идеалами любви и всепрощения, смирения и ненасилия мораль, религия не была в состоянии реально преобразовать действительность, но она давала высокие духовные ориентиры человечеству.

 

Понятно, что господствующей моралью в средневековой культуре была нравственность господствующего класса, состоящего из «лучших» людей. В соответствии со своим положением и кругом занятий его представители культивировали приоритеты, нормы и ценности, подобающие высшему классу — сознание собственной исключительности, презрительное высокомерие в отношении к нижестоящим. Подходящим занятием для феодальной знати были войны и походы, рыцарские турниры и придворные балы, охотничьи забавы и верховая езда. Земледельческий и ремесленный труд, как и чиновничья служба, считались занятием низменным и недостойным, уделом «смердов» и «холопов». Феодал же должен был соответствовать своему статусу, главными характеристиками считались родовитость, врожденное благородство, власть и могущество, верность своему сеньору и данной клятве, храбрость и мужество в битве, ловкость в обращении с оружием и конем, наличие «дамы сердца».

Он должен был быть щедрым и гостеприимным по отношению к равным ему, почитать Бога и его служителей, сурово наказывать всякое проявление непочтительности по отношению к своему сословию со стороны «низших» людей. Все эти требования воплощались в понятии чести, представление о которой целиком вытекало из сословного положения человека и закреплялось в обычаях и традициях. Тем самым сословная честь защищала достоинство принадлежности человека к определённой социальной группе. Дворянин, как стали называться представители рода «держателей двора», феодального поместья и приближенные к королевскому двору, превыше всего дорожил именно честью, ставя её выше жизни, ибо жить, «уронив лицо», не расплатившись за унижение, не продемонстрировав мужества и презрения к смерти, было самым большим позором.

Отсюда частые дуэли в феодальном обществе, затеваемые по самым, казалось бы, ничтожным поводам и явно неразумные с точки зрения обывателя. Их смысл был символическим — смыть кровью обидчика нанесенную обиду, доказать всем, что даже возможная смерть с честью дороже, чем жизнь с унижением. Фактически в этом феномене отстаивания чести даже ценой жизни дворянская мораль культивировала важнейшую черту моральной культуры вообще — превосходство честного и благородного имени, т. е. духовных ценностей, перед расчетливостью и осмотрительностью готового терпеть унижения человека. В то же время чувство чести оборачивалось спесью и чванством, когда речь шла об отношении к людям низшего звания.

С ними можно было не церемониться — не платить за товары купцу, не возвращать долги ростовщику, проявлять грубость и жестокость в обращении со слугами и крепостными. Беззащитное и зависимое положение низших сословий открывало полный простор для произвола и жестокости феодала. Ограничить его могла только христианская мораль, не устававшая просвещать и вразумлять наиболее свирепых в своей жестокости феодалов, которые долгое время продолжали оставаться грубыми и невежественными людьми, ставившими на документах вместо подписи крест. Постепенно в среде дворянства для собственного отличия от «черни» зарождается стремление к культивированию грамотности, благородных манер и куртуазного обращения, положивших начало возникновению светского этикета.