Раннее Средневековье характеризуется воцарением беспорядка и хаоса, когда оказался поверженным Рим — великий город, несколько веков обеспечивавший мир, процветание и порядок десяткам стран и народов, бывший воплощением цивилизованной и культурной жизни. Территорию империи наводнили воинственные варвары, способные только захватывать, разрушать и грабить. Она распалась

на множество территориальных объединений, не имевших устойчивой структуры и какой-либо централизованной власти, жители которых говорили на разных наречиях, не понимая друг друга. В Британии обосновались германские племена англов и саксов, потеснившие местных бриттов и кельтов, в Галлии — франки под предводительством Хлодвига (Людвига), в центре Европы хозяйничали алеманы, на Аппенинском полуострове — остготы, лангобарды и бургунды, Пиренейский полуостров достался вестготам, а на севере Африки было создано королевство вандалов со столицей в Карфагене. У населения бывшей империи появились новые хозяева, которые использовали знания и умения римских граждан, назначая их на различные должности и наделяя свалившейся на них землей.

Этот процесс германизации Западной Европы, начавшийся ещё в IV в. нашествием на Европу гуннов и продолжавшийся до VII в., получил название «великого переселения народов». Ему сопутствовало образование и распад крупных и мелких варварских «королевств», которые мало напоминали цивилизованное государство римлян. Предводители и вожди германских племен, разгромивших Рим и всю Западную Римскую империю, были ещё типичными дружинными вождями. Они имели власть не столько над своим племенем в целом, чрезвычайно многочисленным, занимавшим огромные территории и по большей части жившим по древним общинным обычаям, сколько над отрядом приближенных «сильных людей» — дружинников, заинтересованных прежде всего в военных походах и грабежах.

В дружине варварских королей царили ещё древние обычаи воинского равенства и братства — добычу долгое время делили поровну, короли и вожди мало чем отличались от остальных воинов, кроме воинской доблести и удачливости, утратив которые они быстро могли лишиться не только звания, но и жизни. Очень продолжительное время эти королевства не имели определенных и устойчивых границ, а законы, которые там издавались («варварские правды»), скорее напоминали кодексы общинных и племенных обычаев. Земли, захваченные племенем, рассматривались как военная добыча короля, и по обычному праву самого сильного и удачливого он мог разделить её и раздать дружинникам, подобно тому, как он рассекал топором тушу добытого на охоте зверя. Вообще власть варварских племенных вождей и королей была необходимой и эффективной в период завоеваний и военных походов.

Налаживать и сохранять мир, обеспечивать порядок и стабильность в государстве она не умела, ибо, переняв у римлян звучные названия правителей и их титулы, наладить государственное устройство и навести порядок она была не в силах. Отсутствовали территориальная организация государства, государственный аппарат управления, система сбора налогов, вместо которой практиковались захваты и поборы. Параллельно с созданием основ раннефеодальных варварских государств формировалась социальная структура феодального общества, возникавшая в результате социального расслоения германских племен и ассимиляции их с местным населением. Все время происходило интенсивное разложение германского общинного уклада и возвышение, стремительное обогащение в результате захватнических войн вождей и старейшин племен, а также приближенных к ним «сильных людей», присваивающих себе новые земли вместе с населяющими их людьми.

Подобно тому как король разделил захваченную в качестве добычи землю, так и сильные властные племенные вожди раздавали захваченные ими земли своим приближенным за верную службу, и те становились «держателями» земли. Повсеместно распространилось и глубоко укоренилось в общественном сознании типичное для феодализма представление, что «нет земли без сеньора». Этот процесс «пожалования земель» служил материальной основой для создания системы сюзеренитета и вассальной зависимости между феодалами, когда один из них становился сеньором, сюзереном (старшим, господином), а другой — вассалом (подданным) своего сеньора и должен был выполнять определённые обязанности в его пользу. Король являлся формально верховным сюзереном для остальных феодалов, однако вплоть до конца раннего Средневековья центральная власть была ещё весьма слаба.