Недавно вопрос о каллипидах впервые был рассмотрен с полным учетом имеющихся данных письменных и археологических источников. Авторы этих исследований наиболее ранними считают сведения о каллинидах, датируемые V в. до н. э. Вопрос об их существовании в более раннее время не ставится из-за отсутствия здесь археологических объектов, которые могли бы быть соотнесены с каллипидами. А. С.Русяева и М. В.Скржинская пришли к выводу о том, что каншиды в Нижнем Побужье проживали севернее Ольвии, приблизительно oт широты Николаева, принадлежать курганы V-III вв. до н. э. Они допускают проникновение каллидов на территории, непосредственно прилегающую к Ольвии, в период запустения поселений ольвийской хоры в V в. до н. э., то есть во времена Геродота. В. М.Отоешко полагает, что каллипидам и алазонам могли принадлежать памятники типа временных стоянок в Нижнем Побужье и далее к северу, отмечая что расположенные вблизи поселений ольвийской хоры могли принадлежать греческим пастухам.

Таким образом, историческая ситуация в районе Ольвии около середины V в. до н. э., восстанавливаемая по археологическим данным, совпадает с описанной у Геродота Достаточно жесткая приуроченность описаний Геродота к этому периоду косвенно подтверждается наблюдениями К. К.Марченко, который вместе с прекращением жизни приольвийских поселении в конце первой четверти V в. до н э отметил (по археологическим данным) полную замену лесостепных и Карпато-Дунаиских этнокультурных элементов в составе греческого населения этого района степными скифскими что, по-видимому, должно связываться с началом образования Нижнеднепровской Скифии и соответственно расселения степных племен, запечатленного у Геродота.

Приведенные наблюдения позволяют предполагать соответствие географии расселения племен в степном Северном Причерноморье по Геродоту ситуации V в до н. э. Исключение составляют географические привязки в генеалогических преданиях, в рассказе о переднеазиатских походах. Необъяснимым, с точки зрения археологических источников, остается пассаж о "старой" ("исконной") Скифии Для групп археологических памятников, выделенных в настоящее время в Лесостепи, при всей спорности их соотнесения с конкретными Геродотовыми племенами, как будто отмечается непрерывность развития, территориальная стабильность на протяжении VII-III вв. до н. э.

По-видимому, суммированные, соответственно переосмысленные и литературно обработанные фольклорные сведения о двух различных походах Дария Геродот изложил в рамках современной ему этногеографическои ситуации, достаточно плохо известной, что и привело к созданию неповторимой в своей запутанности и противоречивости картины расселения племен Причерноморской Скифии. Тем более что, судя по описанию Истра, в его распоряжении также имелись устаревшие сведения, которые уже к середине V в. до н. э. являлись анахронизмом.

Традиционное рассмотрение этнокарты Скифии по Геродоту как чего-то неизменного на протяжении геродотовского и догеродотовского времени, начиная с появления скифов в Северном Причерноморье, во многом оказывается бесплодным, что демонстрируют многочисленные, нередко взаимоисключающие, реконструкции этнокарты Скифии. Нелишне вспомнить, что такие попытки предпринимаются на протяжении вот уже почти 300 лет.

При таком подходе полностью утрачивается динамика процесса исторического развития племен Скифии (в данном случае речь идет о территориально-географическом аспекте). Такую территориальную изменчивость во времени демонстрируют археологические памятники, что и заставляет нас иначе оценивать этногеографию Геродота. Видимо, на основе независимого полного систематического анализа археологических памятников Причерноморской Скифии в будущем станет возможным извлечение рационального зерна из сведений "отца истории".