Первый: мир абсолютной свободы, выраженный лозунгом «делай, что хочешь», невозможен без широкого штата обслуживающего персонала. И второй: это царство не может быть для всех, оно только для избранных — сложно поверить в то, что, выполняя тяжелые обязанности, слуги делали то, что хотели. Однако титаны Возрождения долгое время не замечали этих противоречий. 3. И все же человек — не Бог, он не всесилен.

Понимание этого приходит не сразу. Освободившись от средневековых оков, возрожденческий человек возомнил, что стал совершенно свободен. Но вместо старых цепей появились новые. Наиболее яркое выражение это нашло в движении Реформации.

Освобождая верующих от оков церкви, реформаторы накладывали на них еще более тяжелые, более мучительные кандалы. Например, в одном из городов, где правили реформаторы, было запрещено смеяться. Яркое воплощение идея несостоявшегося бога находит в трагедиях Шекспира. Драматург рассказывает о людях, которые добились в жизни немалых высот благодаря своим собственным силам.

Мы знакомимся с Отелло, когда он одерживает сразу две победы: женится на Дездемоне и получает повышение по службе. Недаром Шекспир сделал своего героя мавром — очевидно, что человеку с темной кожей добиться таких высот было гораздо сложнее, чем белому. «Да здравствует Макбет!» — приветствуют другого героя три ведьмы и перечисляют при этом его прошлые победы.

Однако «титаны» в трагедиях Шекспира не становятся богами. Они терпят сокрушительное поражение. Может показаться, что Отелло стал жертвой «внешних сил» — интриги со стороны Яго. Однако, если задуматься, становится очевидно, что главный враг Отелло — он сам, его ревность. Этот недостаток — продолжение его достоинств, благодаря которым он смог подняться на вершину.