В творчестве В. Т. Пашуто вопросы внешней политики Древней (или Киевской) Руси занимали важное место. Предпосылкой исследования этой проблемы применительно к Русскому государству должен быть источниковедческий анализ разнородного материала, в том числе актового.

В сфере русско-крымских отношений, принципиально отличавшихся от русско-ордынских, возникли особые типы документов, подобных которым не было ни в одной другой области международных отношений Руси. К одному из них принадлежат так

Называемые «крепостные», «крепкие» грамоты, или просто «крепости». Смысл их заключался в предоставлении гарантии безопасности приезжавшим на Русь крымским феодалам, обеспечении им не только убежища, но и средств к существованию.

Инициативной стороной в создании «крепких» грамот выступали крымцы, они присылали образец, по которому и составлялись грамоты лицами, ответственными за упрочение отношений с Крымским ханством (точнее было бы сказать — «царством», поскольку крымские ханы на Руси именовались царями). На заре русско-крымских отношений в 70—90-е годы XV в. в Москве было составлено несколько таких грамот: одна была направлена в сентябре 1477 г. Джанибеку, другая — в апреле 1480 г. Меттгли-Гирею, третья, сохранившаяся лишь в виде изложения в посольских книгах, — в апреле 1481 г. Довлетеку, наконец, две грамоты — в октябре 1490 г. Уздемиру и Девлешу К Инициативной стороной составления двух последних грамот выступили русские, что наложило отпечаток на дипломатическое оформление грамот.

Начальный протокол грамот отличается. Грамота Менгли - Гирею открывается благоножелательной формулой («Дай, господи, тобе лиха не было»), отличающейся от аналогичной в грамоте Джанибеку («Нынеча есми твоему добру рад везде»). Остальные акты лишены подобной формулы. Они открываются интитуляцио и инскрипцио. В грамоте Довлетеку они звучат: «Великого князя Иваново слово княжу Именекову сыну Довлетек-мурзе». Обращает на себя внимание термин «слово», в котором есть несомненный оттенок приказа, повелительного распоряжения вышестоящего нижестоящему. Странно отсутствие этого термина в грамотах Уздемиру и Девлешу, в них просто «от великого князя. . . царевичу».

Наррацио в грамотах 1477, 1480, 1481 гг. аналогичны: либо со ссылкой на предшествующее обращение крымца к великому князю (Довлетека), либо без нее излагаются условия, при которых может стать необходимым переезд на Русь: «каково твое дело състанется» (Довлетеку), «а каково придет твое дело» (Джанибеку), «състанет каково дело, в юрте отца твоего царя дело будет» (Менгли-Гирею). И в «крепкой» грамоте, и в пересказе употреблено одно и то же слово «дело» в значении «неудачи», «невзгоды», под чем подразумевается возможность потери своего положения в Крыму.