Ольденбург был исследователем А. Н. Веселовского (работы которого штудировал и рецензировал Блок), много занимался русской народной сказкой, вместе с акад. А. А. Шахматовым наблюдал за печатанием «Сборника великорусских сказок». Вслед за Веселовским и А. Н. Пыпиным, известным историком литературы, труды которого знал и ценил Блок, Ольденбург поставил одну из важнейших проблем русской фольклористики и литературоведения — о взаимоотношении устного предания и книжной

Письменности. Блок серьезно интересовался исследованиями. Ольденбурга, в частности, по русским народным сказкам. Показательно, что в библиотеке поэта сохранился оттиск рецензии Сергея Федоровича «Собирание русских народных сказок в последнее время». Эту работу, судя по многочисленным пометкам, Блок детально изучал.

Можно полагать, что, встретившись с Блоком, Ольденбург старался познакомить поэта с восточной культурой, поставить перед ним проблему культурного взаимоотношения Запада и Востока, решению которой Сергей Федорович придавал исключительное значение. Ольденбург в течение всей своей творческой жизни последовательно отстаивал концепцию единства всемирно-исторического процесса; отмечая специфику Востока, он защищал тезис об общечеловеческих законах исторического развития. В 1915 г. в журнале «Русская мысль», где тогда печатался и Блок, Ольденбург в статье, посвященной юбилею Г. Н. Потанина, с сожалением отмечал, что для западного человека долгие столетия Восток «был только страною сказочных чудес, чуждою, дикою и странною», что о глубинных связях культур Востока и Запада знают пока немногие, хотя необходимо проникновение в мир Востока как од-ного из составных звеньев общечеловеческой культуры. Ольденбург считал неотложной задачей исследование богатства «духовной жизни Востока, создавшего мировые религии, стройные философии, бессмертные памятники литературы и искусства»35. Уже в первый период знакомства Блока и Ольденбурга восточная литература стала одной из тем их разговоров, обсуждений, споров. Именно Ольденбург ввел Блока в богатый, но недостаточно известный тогда поэту мир Востока, познакомил, например, с творчеством великого древнеиндийского драматурга Калидасы. Об этом свидетельствуют записи в дневнике Блока и его пометки на сохранившихся книгах, из которых по индийской тематике большинство было подарено Ольденбургом.

Вот одна из наиболее интересных записей — 12 июля 1917 г.: «Вступление к драмам Калидасы — восточная поэзия вообще требует творчества читателя гораздо больше, чем западная (Ольденбург), она как бы требует усилия от желающего насладиться ею». Речь идет о вступительном очерке Ольденбурга «Несколько слов о Калидасе и о сущности индийской поэзии» к книге «Калидаса. Драмы». Блок точно передал мысли ученого, почти текстуально. Смысл этой дневниковой записи проясняется не только пометками Блока на сохранившейся в его библиотеке указанной книге, но и надписью на полях с. VIII: «Разговор с С. Ф. О. летом 1917 г. в 3. Дв.» Эта надпись «сопровождает» текст Ольдеибурга, смысл которого передан в дневнике. К сожалению, на книге нет дарственной надписи и нельзя установить, была ли книга подарена Блоку Ольденбургом. Но надпись — свидетельство того, что уже летом 1917 г., в период совместной работы в Чрезвычайной следственной комиссии в Зимнем дворце, они обсуждали проблемы, связанные со спецификой восточной словесности и ее пониманием человеком Запада. Тему этих разговоров помнил Блок, когда оп внимательно («с карандашом в руке») изучал вступительную статью Ольдеибурга.