Войны между Византией и Халифатом вспыхивали и в последующие годы. Периодически заключаемые мирные договоры на практике превращались лишь в кратковременные перемирия. Например, мир, заключенный в 651 г., был нарушен уже через два года.

Однако в отличие от первой войны Византии и Халифата, дальнейшее продвижение арабов уже не имело прежней стремительности. Во второй половине VII — начале VIII в. они смогли завоевать лишь некоторые области на востоке Малой Азии — равнинную Киликию и район города Мелитины — и византийские владения в Северной Африке. Карфаген окончательно пал в 698 г., а последнее владение ромеев на Африканском континенте Септем — лишь в 709 г. К началу 20-х гг. VIII в. продвижение арабов в византийском регионе было полностью остановлено. Империя сохранила свои основные владения на Балканах и бóльшую часть Малой Азии.

Главной причиной ослабления арабского натиска явилось развитие феодальных отношений в Халифате и обострение социальных противоречий, следствием чего было усиление классовой и национально-освободительной борьбы, а также борьбы между различными группировками господствующего класса. Это снижало способность к внешним завоеваниям. Вместе с тем известное воздействие на ослабление военной мощи арабов оказало длительное сопротивление населения восточных провинций Византии арабским завоевателям во время первой войны. Это дало возможность империи ромеев постепенно оправиться от тяжелых последствий внутреннего кризиса, перестроить свой государственный аппарат и управление на местах. В сельской местности Балканского полуострова и Малой Азии основной фигурой отныне стал свободный крестьянин, а не раб и колон. Это дало возможность изменить систему воинских комплектований. В Византии основу военных формирований стали составлять стратиоты — свободные крестьяне, являвшиеся одновременно и профессиональными воинами. В отличие от наемников предыдущей эпохи, стратиоты обладали большей сознательной дисциплиной, т. к. они сражались за свою землю, от ополченцев же их отличал больший воинский профессионализм. Это способствовало повышению боеспособности византийской армии и помогло отразить арабский натиск в VIII в.