Итак, анализ актовых источников позволяет заключить, что игуменство Филофея приходится не на 1465—1466 гг., как принято думать, а на весну 1461 г. (после того как ростовским владыкой стал Трифон) — весну (или начало лета) 1462 г. Перерыв в игуменстве Кассиана, позволивший ростовскому архиепископу временно посадить в Кирилло-Белозерском монастыре своего ставленника, приходится как раз на конец 1450-х—начало 1460-х годов. В 1458 г. митрополит Иона отправил Кассиана послом в Литву, а по возвращении оттуда в Москву, Иона отправил Кассиана в новую поездку — на сей раз в Константинополь. В написанной в конце IXV в. Паисием Ярославовым Повести о Спасо-Каменном монастыре Паисий, лично знавший современников Кассиана, сообщает следующий факт из его биографии: «О игумене Касиане. Игуменъ Касиянъ каменской и въ Кирилове монастыре игуменилъ много летъ и житию Кирила чюдотворца свидетель. За пекую же потребу князь великий Василей Васильевич и митрополит Иона посылали его въ Царьградъ двою о церковномъ исправлении къ патриарху. И прииде изъ Царьграда на Москву, и князь великий Василий Васильевич почтилъ его, и далъ ему довольная требования монастырю, и отпустилъ его в пострижение свое на Камен-ной» 24. Итак, перерыв в деятельности Кассиана в Кирилло - Белозерском монастыре, очевидно, был связан с его поездками в Литву, а затем в Константинополь. В Константинополь Кассиан отправился еще при Ионе (т. е. ранее 31 марта 1461 г., дня смерти митрополита), а вернулся в Москву, когда еще был жив Василий Темный (т. е. до 27 марта 1462 г.). Ясно, что, находясь в составе различных посольств, Кассиан не мог игуменствовать в Кирилло- Белозерском монастыре. Монастырская братия нуждалась в новом настоятеле. По-видимому, место игумена Кирилло-Белозерского монастыря некоторое время оставалось вакантным. Ростовский владыка Трифон (ставший архиепископом весной 1461 г.) решил использовать сложившуюся ситуацию, чтобы установить контроль над Клрилло-Белозерским монастырем, вырвав эту обитель из-под юрисдикции белозерского князя Михаила Андреевича. Проводником политики Трифона в Кирилло-Белозерском монастыре стал его брат Филофей.

Думаю, Трифон решился на столь решительные действия, затрагивающие интересы удельного князя, чувствуя за своей спиной очень влиятельную поддержку. Не забудем, что он сменил в Ростове Феодосия Бывальцева, который после смерти Ионы стал митрополитом. Очевидно, Трифон был доверенным лицом Феодосия и действовал в отношении Кирилло-Белозерского монастыря с ведома и согласия митрополита. Проект перехода Кирилло - Белозерского монастыря под юрисдикцию ростовского архиепископа, как мне кажется, должен был встретить сочувственное отношение и со стороны Василия Темного. К концу его жизни Москва полностью контролировала ситуацию в Ростове 25. Это давало возможность использовать ростовского владыку как проводника московского влияния. Установление юрисдикции ростовского архиепископа над Кирилло-Белозерским монастырем фактически создавало предпосылки для вмешательства Москвы в дела Белозерского удела.