Летописная статья 6862 г. Рогожского летописца и Симеоновской летописи завершается сообщениями о возвращении из Константинополя русского посольства, которое привезло грамоты от византийского императора и константинопольского патриарха, разрешавшие поставить русским митрополитом выходца из московских бояр владимирского епископа Алексея; об отправлении в Константинополь Алексея; о церковном скандале, разразившемся там, когда на Русскую митрополию были поставлены сразу двое: Алексей и некий Роман, родом тверской боярин.

В статье 6863 г. Рогожского летописца и Симеоновской летописи сообщается: «Того же лета Алексии владыка поставленъ бысть митрополитомъ на всю Роусскую землю, а на осень ту выиде изъ Царягорода». Соперничество Алексея и Романа кончилось, таким образом, в пользу Алексея.

В подлиннике сохранилась настольная грамота патриарха Филофея Алексею на Русскую митрополию. Грамота была дана, когда Алексей уже около года находился в Константинополе. Патриаршья грамота имеет точную дату — 30 июня, 7 индикта, лета 6862 12, т. е. 30 июня 1354 г. Сопоставляя дату грамоты и содержащееся в ней сведение о пребывании в Византии примерно с год Алексея с приведенными выше свидетельствами под 6862 и 6863 гг. русских летописей, можно убедиться в том, что грамота соответствует летописному рассказу 6863 г. Статья 6863 г. оказывается, таким образом, ультрамартовской. Ультрамартовской становится и статья 6862 г., тесно связанная со статьей 6863 г. сюжетно. Следовательно, описанная под 6862 г. кончина Симеона Гордого должна датироваться 26 апреля 1353 г. Это тот хронологический предел, позже которого не могло быть составлено завещание названного князя.

Другой хронологический рубеж, ранее которого духовная грамота Симеона не могла быть написана, почему-то долгое время не интересовал ученых. Первым, кто попытался его определить, был Л. В. Черепнин. В своих изысканиях он исходил из следующих фактов. В завещании Симеона Гордого не упомянуты прямо его сыновья. «Последние из них: Иван и Семен, погибли от морового поветрия в марте 1353 г., через неделю после смерти митрополита Феогноста». Послухами в завещании Симеона выступали видные церковные иерархи. Первый и третий из них владимирский епископ Алексей (будущий митрополит) и коломенский епископ Афанасий участвовали в погребении митрополита Феогноста 13 марта 1353 г. Поскольку сам Феогност в завещании Симеона не упоминался, Черепнин сделал вывод, что духовная грамота Симеона «была написана сразу после похорон митрополита и княжеских сыновей, в середине марта 1353 г.». Только мимоходом Череннин отметил факт, бывший у Щербатова и Н. М. Карамзина самым важным датирующим признаком при определении времени написания завещания Симеона: «В духовной Семен называет себя Созонтом: это имя он, очевидно, принял при пострижении».