Судебники обнаруживают несомненное сходство в выборе ситуаций: первое воровство с поличным, рецидив, наказание, возмещение интересов истца, воровство без поличного. В памятнике много одинаковых терминов (тать, статок, татьба для обозначения воровства и украденного, истец, выдать, платити, казнити и др.), похожих формул «у кого крал или кому татбу плачивал», «и преж того неодинова крадывал» Судебника Ивана III находят соответствие в «а будеть никому не плачивал», «а будеть перво того крадывал и кому плачивал», «а будеть первеи того крадывал» Судебника Казимира (статьи 16, 18)]; есть совпадающие термины и в других статьях Судебника Казимира: «судьи» (статьи 3, 4, 20), «довод» (статьи 7, 8). «Ведомой тать» Судебника 1497 г. соотносится с татем Судебника Казимира, за которым околица «ведала» («сьведомо») другие случаи воровства (статьи 16, 18). Сходство выражается и в общем подходе к определению наказаний за некоторые виды преступлений; например, оба Судебника строям наказывают рецидив.

Различия между Судебниками, однако, также несомненны. Во-первых, содержание Судебника Казимира значительно уже Судебника Ивана III, поскольку это памятники разного объема и назначения. Во-вторых, сопоставляемый материал лучше и строже систематизирован в Судебнике Ивана III, в нем более четко сформулированы ситуации, они раскрыты более последовательно и подробно. Самое же значительное расхождение заключается в содержании постановлений. Оба Судебника санкционируют смертную казнь, но за разные виды преступлений. По Судебнику Казимира, смертью наказывается конская татьба с поличным, воровство коровы, имущества стоимостью свыше полукопы грошей (30 грошей), домашних вещей стоимостью свыше полтины грошей, а также вывод людей и челяди, если преступник будет пойман с поличным. По Судебнику 1497 г., смертью карались церковная и головная татьба, убийство господина, поджигательство, измена. В Судебнике Казимира граничные цены, полкопы и полтина совпадают с ценой животных, за кражу которых предусмотрена смертная казнь (стоимость коровы полкопы грошей, «мужиковы клячи, або жеребца доморосленого полтина грошей»). Таким образом, в Судебнике Казимира зафиксированы более жесткие карательные меры по отношению к нарушителям права собственности, нежели в Судебнике 1497 г.